
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ.
ОРГАНИЗАЦИЯ ВЛАСТИ.
4.
ВЫСТУПЛЕНИЕ КАДЕТСКОЙ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ.
Выполняя волю кадетов, эсеры и меньшевики призвали население Петрограда выйти 28 ноября на демонстрацию против советского правительства. В этот день по решению Совнаркома в Таврическом дворце должно было открыться Учредительное собрание при условии, если в Петроград прибудет не менее 400 депутатов. Оставшиеся на свободе члены свергнутого народом Временного правительства и незаконного Всероссийского центрального исполнительного комитета первого созыва призвали депутатов явиться 28 ноября к 2 часам дня в Таврический дворец. Эсеры и меньшевики призывали рабочих в этот день объявить забастовку. Разрабатывались планы антисоветских демонстраций. Ясно было, что под прикрытием Учредительного собрания готовится заговор, имеющий целью свержение советской власти.
20 ноября на заседании Совнаркома выступил Сталин с предложением частичной отсрочки созыва Учредительного собрания. Совнарком вынес решение, в котором предлагал Сталину и Петровскому взять в свои руки комиссию по созыву Учредительного собрания, взять на учет все документы комиссии с тем, чтобы правильно ориентироваться в положении вещей.
В это же время Ленин разработал декрет о праве отзыва из Учредительного собрания. Декрет предоставлял Советам право отзывать депутатов Учредительного собрания. 21 ноября Всероссийский центральный исполнительный комитет принял ленинский декрет. Ряд Советов вынес решения об отзыве из Учредительного собрания депутатов — членов партии эсеров: Авксентьева, Года, Лихача, Аргунова, Брешко-Брешковской, Булата и др.
Центральный комитет кадетской партии усиленно готовил на 28 ноября вооруженное выступление против Советов. Всем членам московской организации кадетов было предложено выехать в Петроград для участия в выступлении.
Партия кадетов являлась политическим штабом всех контрреволюционных организаций. За период 1917 года кадеты накопили большой опыт организации контрреволюционных выступлений. После Октябрьской революции кадеты старались оставаться в тени, выдвигая на первый план эсеров и меньшевиков (главным образом первых). Лидеры кадетов перешли на нелегальное положение.
17 ноября все антисоветские газеты поместили воззвание подпольного Временного правительства с призывом сплотиться вокруг Учредительного собрания. Кучка бывших министров торжественно назначала открытие Учредительного собрания на 28 ноября; в 2 часа дня, в здании Таврического дворца. На следующий день Военно-революционный комитет издал приказ об аресте оставленных на свободе членов Временного правительства.
Совершенно ясно, что кадеты, задумавшие эту комедию, не могли рассчитывать на немедленный успех. Сводки о ходе выборов свидетельствовали, что к 28 ноября в Петроград сумеет прибыть не более 100 делегатов.
Расчет кадетов был прост: несомненно большевики не допустят незаконного созыва Учредительного собрания, тогда действия большевиков можно будет представить как насилие над Учредительным собранием, тем самым лозунг созыва Учредительного собрания превратится в лозунг защиты уже созванного Учредительного собрания. Вокруг этого лозунга можно было бы объединить контрреволюцию окраин страны и антисоветские элементы центра.
Кадеты и эсеро-меньшевики деятельно готовились ко дню «открытия» Учредительного собрания. Подпольный ВЦИК первого созыва отпустил средства на организацию демонстрации. Съезд партии эсеров, заседавший в эти дни в Петрограде, решил целиком принять участие в демонстрации.
Все эти приготовления были известны органам диктатуры пролетариата. 20 ноября на заседании Совнаркома было принято решение об усилении петроградского гарнизона и принятии энергичных мер для вооружения матросов. Предполагалось сосредоточить в Петрограде к 27 ноября 10—12 тысяч матросов, использовав для этого матросский съезд, заседавший в Петрограде.
Утром 28 ноября, по приказу Военно-революционного комитета, на квартире у графини Папиной были арестованы члены Центрального комитета кадетской партии — Шингарев, Кокошкин, князь П.Д.Долгоруков и товарищ министра путей сообщения Константинов.
28 ноября в Петрограде собралось всего 172 депутата Учредительного собрания. Но отсутствие кворума не смущало контрреволюцию. Кадеты, эсеры и меньшевики организовали в этот день контрреволюционную демонстрацию. Перед Таврическим дворцом проходила толпа возбужденных буржуа, чиновников, офицеров. Контрреволюционеры подняли белые и зеленые знамена с лозунгами «Вся власть Учредительному собранию». Жидкий оркестр бесконечно тянул «Марсельезу». Гимн некогда революционной буржуазии должен был вдохновить демонстрантов. Контрреволюция рядилась в одежды, давно забытые на буржуазном Западе. «Марсельеза», конвент, «комитет общественной безопасности», «комитет общественного спасения» — все эти названия имели широкое хождение среди партий контрреволюции в 1917 году.
У решетки Таврического дворца петроградский городской голова Шрейдер обратился к толпе с речью. Патетическим тоном Шрейдер провозгласил, что день 28 ноября является величайшим днем в истории России. Указывая на Таврический дворец, Шрейдер кричал:
«Поклянемся, что мы не допустим никого посягать на это последнее прибежище России. Поклянемся,, что будем защищать Учредительное собрание до последней капли крови».

И люди в тяжелых дорогих шубах, офицерских и чиновничьих шинелях нестройно, на разные голоса кричали: «Клянемся!»
Вслед за этим Шрейдер подошел к боковым воротам. За ним хлынула толпа. Охрана дворца не могла устоять против натиска контрреволюционных демонстрантов. Несколько тысяч вооруженных белогвардейцев, юнкеров, буржуа и саботажников-чиновников прорвали охрану Таврического дворца. Кучка эсеро-кадетских депутатов объявила себя частным совещанием членов Учредительного собрания. Все это произошло не только как результат применения белогвардейщиной силы. Некоторые солдаты из охраны Таврического дворца под влиянием контрреволюционной агитации стали тут же разряжать винтовки. Лозунг Учредительного собрания еще не потерял силы.
Вечером 28 ноября, после кадетской демонстрации, в Смольном собрался Совет народных комиссаров. После демонстрации и попытки кадетов «открыть» Учредительное собрание план контрреволюции был ясен. Разрозненные выступления калединцев, дутовцев и украинских националистов политически объединялись контрреволюционной демонстрацией в столице и «открытием» Учредительного собрания. Но нужна была гениальность Ленина, чтобы за всеми этими планами разглядеть политический штаб, руководивший всей контрреволюционной затеей, — кадетскую партию. На поверхность всплыли эсеры и меньшевики, взявшие на себя роль бешеных псов контрреволюции. Кадеты скромно отодвигались в тень, руководя всеми действиями эсеров и меньшевиков. Удар нужно было направить в политический центр контрреволюции. Таким центром была партия кадетов.
«Когда говорят, что кадетская партия не сильная группа, — говорят неправду, — заявил Ленин. — Кадетский центральный комитет, это — политический штаб класса буржуазии. Кадеты впитали в себя все имущие классы, с ними слились элементы, стоявшие правее кадетов».
Партия, которая была сильна экономической мощью буржуазии, политической выучкой в чреве третьеиюпьской монархии, связью с кадрами государственного аппарата, — эта партия, глубоко враждебная народу, была крайне опасной для революции. Это разгадал Ленин.
В 10 часов 30 минут вечера 28 ноября по предложению Ленина Совнарком принимает «Декрет об аресте вождей гражданской войны против революции».
«Члены руководящих учреждений партии кадетов, как партии врагов народа, подлежат аресту и преданию суду революционных трибуналов, — гласил декрет. — На местные Советы возлагается обязанность особого надзора за партией кадетов ввиду ее связи с корниловско-калединской гражданской войной против революции. Декрет вступает в силу с момента его подписания».
Декрет был подписан Лениным, Сталиным, Петровским, Менжинским, Шлихтером и др.
В это время лидеры кадетов — Шингарев, Кокошкин, Долгоруков находились под арестом в 56-й комнате Смольного, где помещалась канцелярия следственной комиссии.
Пользуясь недостаточной организованностью нового аппарата, кадеты проникали в Смольный и поддерживали Связь с арестованными.
«Целый день заходило к нам много посетителей, — записал Шингарев в дневнике. — Приходили гласные городской думы, представители «комитета общественной безопасности» и другие».
Около 12 часов ночи в комнату к арестованным кадетам вошел комиссар Военно-революционного комитета и прочитал им декрет. Кадеты были немедленно окружены вооруженными красногвардейцами. В эту же ночь Шингарев, Кокошкин и Долгоруков были отправлены в Петропавловскую крепость.
Кадеты и эсеро-меньшевики после июльских дней 1917 года грозили объявить большевиков врагами народа.
«Мы им говорили тогда: — рассказывал Ленин на заседании Всероссийского центрального исполнительного комитета 1 декабря.
— «Да, если вы это можете сделать, то попробуйте. Попробуйте сказать народу, что партия большевиков, как партия, как направление, враг народа».
Но кадеты и эсеры не посмели это сделать. Они направили свою классовую ненависть против отдельных членов большевистской партии.
Большевики же смело и открыто объявили партию «Народной свободы» партией врагов народа. В представлении масс «кадет» и «корниловец» слились в одно понятие еще в августовские дни 1917 года. Декрет Ленина закрепил в государственном порядке эту народную ненависть. На весь период гражданской войны за красновцами, деникинцами, колчаковцами, врангелевцами прочно сохранилась единая кличка «кадеты».
Народная ненависть к кадетской партии накапливалась издавна, задолго до Октябрьской революции. Кадет Милюков, кадет Шингарев, кадет Львов были олицетворением антинародной политики Временного правительства. Кадеты, организаторы саботажа, вдохновители калединщины, стояли на дороге могучего народного движения и грозили вернуть ненавистное прошлое.
«Все завоевания народа, и в том числе — близкий мир, поставлены на карту, — гласило правительственное сообщение. — На Юге — Каледин, на Востоке — Дутов, наконец, в политическом центре страны, в Петрограде — заговор Центрального комитета кадетской партии, которая непрерывно направляет на Юг помощь Каледину — корниловцев-офицеров. Малейшая нерешительность или слабость народа может закончиться крушением Советов, крушением дела мира, гибелью земельной реформы, новым всевластием помещиков и капиталистов».
«Совет народных комиссаров, — говорится далее в сообщении, — обязуется не слагать оружия в борьбе против кадетской партии и ее калединских войск. Политические вожди контрреволюционной гражданской войны будут арестованы.
Буржуазный мятеж будет подавлен, чего бы это ни стоило».
30 ноября отряд матросов прекратил незаконные «частные совещания» депутатов Учредительного собрания в Таврическом дворце.
Читать полностью
продолжение следует
ИСТОРИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ в СССР. ТОМ ВТОРОЙ
http://militera.lib.ru/h/hcw/index.html
|