Памяти Евгения Долматовского, поэта - коммуниста, фронтовика

ОТВЕТ НА АНКЕТУ

Что 
мне нужно для счастья? 
Признаться, подобных анкет 
Раньше я не встречал 
в пестроте комсомольских газет. 
И поскольку я возраст читательский 
ваш перерос, 
Отвечаю робея на этот задорный вопрос. 

Что мне нужно для счастья? 
Во-первых, мне нужен покой, 
Но не тихая гавань! 
Мне нужен покой вот такой: 
Чтобы всем киприотам спокойно и вольно жилось, 
Чтобы знамя Патриса Лумумбы над Конго взвилось, 
Чтоб выгнал захватчиков гневный и мудрый Вьетнам, 
Чтобы в море Карибском не шастала смерть по волнам. 

Что мне нужно для счастья? 
Тревога нужна - во-вторых. 
Да такая, чтоб вовсе минут не осталось пустых. 
Надо столько построить, придумать и изобрести. 
Жизнь еще коротка, но уже беспредельны пути. 
Неуемную жадность - как высшую щедрость прими: 
Много нужно иметь, чтоб делиться со всеми людьми. 

Что мне нужно для счастья? 
Мне - в-третьих - суровость нужна, 
Чтобы гад не прополз в отвоеванные времена, 
Чтоб горел клеветник - чтобы жарился он не в аду, 
А вот здесь, на земле, непременно у всех на виду.

Читать далее...

Памяти Евгения Долматовского, поэта - коммуниста, фронтовика 

АЗБУКА

Да, мы зовемся 
коммунистами, 
Но шепчет циник кривогубый, 
Что только азбучные истины 
Одни нам дороги и любы. 
Давно уж способами разными 
Испытывают нашу веру. 
Согласен! 
Азбука так азбука! 
И приведу ее, к примеру: 
Атака. 
Братство. 
Вдохновение. 
Геройство. 
Долг. 
Единство. 
Жажда. 
Звезда. 
Исканья. 
Есть значение 
В той азбуке для буквы каждой. 
К - Коммунизм. 
Л - Ленин, Ленинцы. 
М - это Мир. 
Н - это Нежность.

Читать далее...

В эпоху империализма буржуазное искусство, как и другие формы общественного сознания, переживает глубокий упадок. Буржуазные художники постепенно отходят от реализма, от правдивого показа действительности, от глубокого раскрытия и оценки явлений и противоречий жизни, от принципов гуманизма и передовых, освободительных идей, выражающих интересы народов. В искусстве все больше проявляются субъективистская деформация мира, формализм, безыдейность. Часто искусство развивается по пути пустой развлекательности, натуралистической зрелищности и внешнего, бездушного декоративизма или сусальной пропаганды капиталистического образа жизни. Нередко буржуазное искусство доходит и до прямого выражения диких, реакционных, человеконенавистнических идей. Познавательное значение такого искусства утрачивается. Так как постижение в образах искусства законов общественного развития может привести народы к выводу о неизбежности краха капитализма, раскрыть глаза на истинные пути общественного прогресса, постольку распространение подобных знаний, естественно, угрожает интересам господствующего класса капиталистических стран. Вот почему реализм и жизненная правда ненавистны монополистам. И не случайно господствующее положение в буржуазных странах постепенно, начиная с 1910-х — 1920-х годов, занимает антиреалистическое и антидемократическое искусство (экспрессионизм, Мунк, Пикассо; абстракционизм, Шагал, Кандинский; примитивизм, Клее, Малевич; сюрреализм Эрнст, Дали).

Читать далее...

Каплер Алексей Яковлевич [11 октября 1904 год, Киев — 11 сентября 1979 года, Москва], советский кинодраматург, заслуженный деятель искусств РСФСР (1969).

В 1919 стал актёром, в 1920 совместно с С. И. Юткевичем и Г. М. Козинцевым организовал в Киеве театр «Арлекин».

В кино с 1926. Снимался в ряде фильмов («Шинель» и др.), в 1929 — 1930 ставил культурфильмы (картины, популяризировавшие различные отрасли науки и техники) по собственным сценариям.

Первые сценарии художественных фильмов: «Три товарища» (1935, совместно с Т. С. Златогоровой), «Шахтёры» (1937).

Большую известность получили фильмы, поставленные по сценариям Каплера, «Ленин в Октябре» (1937), «Ленин в 1918 году» (1939, совместно с Т. С. Златогоровой), положившие начало воплощению образа В. И. Ленина в кино (роль В. И. Ленина исполнил Б. В. Щукин).

Великой Октябрьской социалистической революции, Гражданской и Великой Отечественной войнам посвящены его сценарии: «Она защищает Родину», «Котовский» (оба в 1943), «Первые радости» (1956) и «Необыкновенное лето» (1957) — оба по романам К. А. Федина, «Две жизни» (1962).

Написал также сценарии фильмов «За витриной универмага» (1956), «Полосатый рейс» (1961, совместно с В. Конецким), «Человек-амфибия» (1962, по роману А. Р. Беляева), «Принимаю бой» (1966), телефильма «Вера, Надежда, Любовь» (1972).

Преподавал во ВГИКе.

Сталинская премия (1941).

Награжден орденом Ленина, орденом «Знак Почёта» и медалями.

Читать далее...

Советский кинорежиссёр, сценарист, актёр. Член ВКП(б) с 1948 года.

Заслуженный деятель искусств РСФСР (17.03.1964).

Народный артист РСФСР (7.01.1977).

Народный артист СССР (14.10.1983).

 

Биография

Родился 28 июля 1923 года в городе Уразове, Курская губерния (в настоящее время — посёлок городского типа в Валуйском районе Белгородской области).

Отец был красным командиром (погиб в 1931 году), поэтому семья часто переезжала из города в город.

Летом 1941 года Басов пришёл во ВГИК, чтобы узнать правила приёма в это учебное заведение. Ему объяснили, какие до­кументы для этого требуются, какие экзамены предстоит преодолеть. Ушёл, твёрдо уверенный в том, что обязательно поступит. Но в его радужные планы внезапно вмешалась война.

Владимир Басов ушёл на фронт в июле 1941 года. Сначала лейтенант интендантской службы Басов служил начальником клуба 4-й отдельной стрелковой бригады, за отличную организацию художественной самодеятельности в боевых условиях был награжден медалью "За боевые заслуги". А потом его военная судьба делает крутой поворот и Владимир Басов становится минометчиком. Немало подвигов совершила минометная батарея старшего лейтенанта Басова, сам он был ранен 23 февраля 1945 года, вернулся в строй после ранения. Войну закончил в чине капитана и в должности заместителя начальника оперативного отдела 28-й отдельной артиллерийской дивизии прорыва резерва Главного командования. Имел все шансы остаться на военной службе и сделать блестящую карьеру, однако предпочёл уволиться на гражданку.

В 1947 году поступил на режиссёрский факультет (мастерская С.И. Юткевича и М.И. Ромма). 

С 1952 года — режиссёр киностудии "Мосфильм". В 1952 году, по окончании ВГИКа, как ассистент режиссёра участвовал в съёмках фильма "Пржевальский" (режиссёром картины был его учитель Сергей Юткевич).

Первая режиссёрская работа — экранизация спектакля Театра-студии киноактёра "Нахлебник" (1953, совместно с Мстиславом Корчагиным). Как актёр кино дебютировал в своём фильме "Школа мужества" (1954).

Снялся более чем в 80 фильмах. Владимир Басов — блистательный характерный и комедийный актёр.

Одной из лучших режиссёрских работ Владимира Басова стал фильм "Щит и меч" (1968).

В ряде своих фильмов выступает как автор или соавтор сценариев. Его творчество разнообразно по тематике и жанрам — от историко-революционных фильмов до приключенских лент.

Среди лучших экранизаций произведений советской литературы: "Школа мужества" по А.П. Гайдару, "Битва в пути" по одноимённому роману Г.Е. Николаевой, "Тишина" по повести Ю.В. Бондарева, "Щит и меч" по одноимённому роману В.М. Кожевникова, "Дни Турбиных" по М.А. Булгакову.

Читать далее...

Фильмография (автор сценариев)

1956 — В добрый час!

1957 — Летят журавли — экранизация пьесы «Вечно живые»

1959 — Неотправленное письмо

1960 — Шумный день — экранизация комедии «В поисках радости»

1961 — Auf der Suche nach Glück (ФРГ) — немецкая версия телефильма «В поисках радости» (1957)

1962 — På jakt efter lyckan «В поисках радости» (Швеция, в соавторстве с Леннартом Лагервалем, швед. Lennart Lagerwall)

1968 — В день свадьбы

1972 — За всё в ответе — экранизация пьесы «Традиционный сбор»

1972 — Страница жизни

1973 — В добрый час! — телевизионный вариант одноимённой пьесы

1975 — На край света…

1980 — A Siketfajd fészke («Гнездо глухаря») (Венгрия)

1980 — Перед ужином (телеспектакль)

1981 — С вечера до полудня

1982 — Несколько капель (киноальманах)

1987 — Наездники

1987 — Гнездо глухаря (телеспектакль)

Читать далее...

С утра 1 ноября боевые действия во всех районах Москвы развивались блестяще. Этот день стал днем решающей победы советских войск.

Прежде всего была взята телефонная станция в Милютинском переулке. Высокое, похожее на крепость здание, с редкими окнами, хорошо было приспособлено к обороне. Белые перегородили улицу баррикадой, забили вход в станцию дровами, железными воротами. Из пулеметов и винтовок юнкера открывали такой частый огонь, что подойти к станции не было возможности. Снабженные достаточным запасом продовольствия и патронов юнкера могли выдержать многодневную осаду. Внутри станции сотрудники продолжали работать, поддерживая связь с центром.

Усиевич, осаждавший станцию, послал в штаб за артиллерией. На рассвете 1 ноября красногвардейцы установили бомбомет на церковной колокольне и начали обстрел верхних этажей станции. Первая бомба упала на крышу, вторая — через окно влетела в комнату. Посыпались стекла. Обрушилась штукатурка. Многие юнкера получили ушибы, были раненые. Юнкера вывесили белый платок. Усиевич предъявил им требование безусловной сдачи, гарантируя личную безопасность.

 

Через 10 минут юнкера и офицеры стали выходить и складывать оружие.

В 5 часов утра 1 ноября штаб Военно-революционного комитета отправил три отряда по 50 человек на Театральную площадь: один — в Малый театр, второй — в Большой театр и третий — в гостиницу «Централь» на Петровке.

У Большого театра было установлено трехдюймовое орудие для обстрела городской думы.

Стоявший в Охотном ряду отряд в 5 часов утра, получив подкрепление, занял гостиницу «Континенталь». Это дало возможность установить второе орудие в проезде Большого театра. Из него начали обстрел гостиницы «Метрополь».

Красные части появились уже почти под стенами Кремля. На противоположной стороне Москва-реки отряды Замоскворечья все время держали под огнем своих пулеметов и винтовок зубцы Кремлевских стен.

Читать далее...

Обещая помощь Москве, генерал Духонин не учел одного: в ряде важнейших пунктов по пути следования войск власть уже перешла в руки большевиков. Так, к 28 октября в руках рабочих были: Вязьма, Коломна, Шуя, Казань, Царицын, Минск, Новгород, Торопец, Речица, Витебск, Ржев, Подольск, Брянск, Егорьевск и Рязань.

Керенский отменил распоряжение об отправке драгун из Калуги в Москву. Он приказал отправить этот полк пассажирским поездом в Петроград. То же произошло и с вызванными в Москву из Калуги броневиками.

Вместо драгун из Калуги в Москву отправились две сотни кубанских казаков. Но в тридцати верстах от Вязьмы местный Совет разобрал железнодорожный путь. Казачьи офицеры попытались продвинуться в Москву кружным путем, но в Туле были задержаны.

Направленная с Юго-западного фронта через Гомель, Оршу и Вязьму кавалерийская бригада в Орше встретила неожиданное препятствие: двинутый было в Петроград 623-й пехотный полк занял своими эшелонами станцию и заявил, что ни одной части ни в Петроград, ни в Москву не пропустит.

Попытки Духонина вызвать казаков с Дона тоже потерпели крах. Атаман Каледин ответил, что для посылки казаков в Москву «требуется наличие чрезвычайной необходимости для оправдания в глазах казаков»¹.

Не помогли клеветнические попытки представителей «комитета общественной безопасности» убедить фронтовых солдат, будто «большевики организовали в Москве погром», будто «в Москве пьяные банды жгут все и режут ни в чем неповинных людей».

Бдительность революционных рабочих и солдат не допустила в Москву вызванных контрреволюцией подкреплений, и «комитет общественной безопасности» не получил извне вооруженной помощи. Но помощь все же шла.

Читать далее...

Расстрел безоружных солдат в Кремле вызвал глубочайшее возмущение народа.

«Не до работы теперь! 28-го дружно, как один человек, оставим фабрики и заводы и по первому призыву Военно-революционного комитета сделаем все, что он укажет»¹.

Так гласило воззвание Военно-революционного комитета, Центрального бюро профсоюзов, Московского комитета большевиков, московской организации социал-демократии Польши и Литвы. Они горячо призывали показать

«нашим врагам, что против них подавляющее большинство московского населения»¹.

Пролетариат дружно откликнулся на этот призыв: все московские фабрики и заводы остановились. Рабочие ночных смен прямо от станков спешили в заводской комитет.

— Оружия! — требовали массы.

Дневная смена, не заходя в цеха, отправлялась в военно-революционный комитет. Толпы рабочих осаждали районные Советы.

— К оружию! — взывали массы.

Безоружные красногвардейцы строились в десятки и бегом направлялись в районные военно-революционные комитеты. Они терпеливо простаивали в строю, ожидая оружия. Шли все: мужчины и женщины, большевики и беспартийные. Большевик рабочий военно-артиллерийского завода, узнав о начале боевых действий, позвонил на завод:

— Снимите с работы всех большевиков и направьте в распоряжение революционного комитета.

Члены большевистской ячейки, около 300 человек, построились во дворе завода и стройными рядами двинулись в указанные пункты. Уход красногвардейцев-большевиков вызвал тревогу среди 2 тысяч рабочих, занятых в ночной смене. Они потребовали созвать собрание. Им коротко рассказали о положении дел. Рабочие без долгих разговоров решили идти на баррикады. Работницы тут же записывались в санитарки. Энтузиазм был так велик, что даже меньшевики-рабочие, позабыв о «нейтралитете», вступали в Красную гвардию

Читать далее...

Рябцев тщательно подготовился к наступлению. Москва и весь округ были объявлены на военном положении. Всем гарнизонам округа было приказано подготовить части и по первому требованию Рябцева выслать в Москву.

Всем командирам полков гарнизона Москвы Рябцев по телефону приказал немедленно сформировать отряды и направлять их в Александровское военное училище в распоряжение полковника Кравчука, помощника командующего войсками округа. Туда же были вызваны студенческие дружины и офицеры.

Отряд юнкеров был послан на Ходынку. Ему было дано задание напасть на 1-ю артиллерийскую бригаду и захватить пушки. Если не удастся — испортить их. Во главе отряда шли артиллерийские офицеры, сбежавшие накануне из бригады.

Читать далее...

А произошло следующее. Мероприятия московских большевиков застали полковника Рябцева врасплох, как ни тщательно собирал он силы. Телеграф захватили революционные войска. В Кремле находились большевистские части. 25 октября Исполнительный комитет Совета солдатских депутатов, — а он находился в руках эсеров,— срочной телефонограммой предложил всем войскам воздержаться от выступлений без призыва Совета солдатских депутатов.

Но части гарнизона выходили по вызову Военно-революционного комитета. 26 октября Рябцев отдал приказ:

«Не поднимать никакой гражданской войны, стоять твердо на страже безопасности и порядка, во всех частях и во всех гарнизонах принять все меры к охране национальных ценностей»¹.

А части и гарнизоны избирали свои военно-революционные комитеты. Из городов области в штаб поступали неутешительные сведения. Ставка обещала прислать подкрепления только к 30 октября.

Читать далее...

Весь день 24 октября телефон между Москвой и Петроградом не работал. Что происходило в столице — никто не знал. Только утром 25 октября Ногин из Петрограда позвонил в Московский Совет. Там в 10 часов утра предстояло соединенное заседание Исполнительных комитетов обоих Советов, но собраться еще не успели. Пришли только на заседание своей фракции большевики. При получении телефонограммы случайно присутствовал начальник Красной гвардии Совета А. С. Ведерников. Он передал сообщение Ногина в Московский комитет, который помещался недалеко — в гостинице «Дрезден», на Скобелевской площади.

Как раз в этот момент там происходило заседание. Московский комитет большевиков еще не знал о событиях в Петрограде. Решался вопрос о создании боевого центра при Совете. Обсуждение шло под впечатлением разгрома Совета в Калуге. Все признавали необходимость срочных мер, но о непосредственном выступлении еще не говорили. Решено было «поручить сейчас же советской фракции создать немедленно боевой центр на пропорциональных основах из 3 большевиков, 1 меньшевика, 1 эсера и 1 — от Красной гвардии, 1 — от штаба военного округа. Соотношение сил: 4 большевика и 3 прочих.

Читать далее...