Национальный вопрос в годы войны.

 Империалистическую войну буржуазия во всех странах объявила войной в защиту слабых наций. На самом деле угнетённые национальности в годы войны попали в ещё большую зависимость от империалистической буржуазии. Колониальные народы являлись источником пополнения воюющих армий «пушечным мясом».

Национально-освободительное движение в годы войны быстро шло к превращению в революционное восстание против империализма. Ленин и Сталин указывали, что национально-освободительное революционное движение угнетённых народов является резервом пролетарской революции. Большевики решительно выступали против национального гнёта в России и в других странах, отстаивая право наций на самоопределение, проповедуя международное единство рабочего класса в его борьбе за социализм.

Большевики разоблачали политику национального угнетения со стороны царизма и империалистической буржуазии других стран.

Восстание в Средней Азии и Казахстане.

Война принесла тяжёлые страдания угнетённым народам царской России.

Отметим здесь лишь два крупных факта.

После тридцатилетней борьбы, которую английский рабочий класс вел с изумительным упорством, он использовал временный раскол между землевладельческой и денежной аристократией, чтобы добиться билля о десятичасовом рабочем дне¹⁰. Чрезвычайно благотворные последствия этого билля для фабричных рабочих в физическом, нравственном и умственном отношении, отмечаемые каждые полгода в отчетах фабричных инспекторов, стали теперь общепризнанными. Большинство европейских правительств должны были принять, с более или менее значительными изменениями, английский фабричный закон, и сам английский парламент вынужден ежегодно расширять сферу действия этого закона. Но в этом мероприятии для рабочих, помимо его практического значения, было еще нечто другое, что содействовало его удивительному успеху. Устами своих известнейших ученых, вроде д-ра Юра, профессора Сениора и других мудрецов того же сорта, буржуазия предсказывала и без конца твердила, что всякое законодательное ограничение рабочего времени должно прозвучать похоронным звоном для британской промышленности, которая, подобно вампиру, может существовать лишь питаясь кровью, да притом еще детской кровью. В старину убийство детей принадлежало к таинствам религии Молоха, но практиковалось оно лишь в некоторых высокоторжественных случаях, не чаще, вероятно, одного раза в год; притом Молох не обнаруживал исключительной склонности к детям бедняков. Эта борьба вокруг законодательного ограничения рабочего времени велась с тем большим ожесточением, что, независимо от испуга жаждущих прибыли, здесь дело шло о великом споре между слепым господством закона спроса и предложения, в котором заключается политическая экономия буржуазии, и общественным производством, управляемым общественным предвидением, в чем заключается политическая экономия рабочего класса.

Поэтому билль о десятичасовом рабочем дне был не только важным практическим успехом, но и победой принципа; впервые политическая экономия буржуазии открыто капитулировала перед политической экономией рабочего класса.

Но предстояла еще более значительная победа политической экономии труда над политической экономией собственности*. Мы говорим о кооперативном движении, в частности о кооперативных фабриках, основанных без всякой поддержки усилиями немногих смелых «рук». Значение этих великих социальных опытов не может быть переоценено. Не на словах, а на деле рабочие доказали, что производство в крупных размерах и ведущееся в соответствии с требованиями современной науки, осуществимо при отсутствии класса хозяев, пользующихся трудом класса наемных рабочих;

Глубокое лицемерие и присущее буржуазной цивилизации варварство предстают пред нашим взором в обнаженном виде, когда мы эту цивилизацию наблюдаем не у себя дома, где она принимает респектабельные формы, а в колониях, где она выступает без всяких покровов. Буржуазия выдает себя за защитницу собственности, но разве какая-нибудь революционная партия совершала когда-нибудь аграрные революции, подобные тем, которые были произведены в Бенгалии, в Мадрасе и в Бомбее? Разве в Индии она не прибегала, - говоря словами самого лорда Клайва, этого великого хищника, - к беспощадному вымогательству там, где простой подкуп оказывался недостаточным для достижения ее грабительских целей?

Разве в то время, когда она в Европе болтала о нерушимой святости государственного долга, она не конфисковала в Индии дивидендов раджей, поместивших свои частные сбережения в ценные бумаги самой Компании? Разве в то время, когда она сражалась против французской революции под предлогом защиты «нашей священной религии», она не запретила распространение христианства в Индии, и разве она в целях извлечения доходов от паломничества пилигримов в храмы Ориссы и Бенгалии не превратила в промысел убийство и проституцию в храме Джаггернаута?²¹⁰ Вот каковы эти защитники «собственности, порядка, семьи и религии»!

Опустошительное действие английской промышленности на Индию - страну, которая по своим размерам не меньше Европы и имеет территорию в 150 миллионов акров, - совершенно очевидно, и оно ужасно. Но мы не должны забывать, что это действие является лишь органическим результатом всей существующей ныне системы производства. Это производство зиждется на всесильном господстве капитала. Централизация капитала совершенно необходима для существования капитала как независимой силы. Разрушительное влияние этой централизации на рынки всех стран лишь выявляет в гигантских размерах внутренние органические законы политической экономии, которые ныне действуют в любом цивилизованном городе. Буржуазный период истории призван создать материальный базис нового мира: с одной стороны, развить мировые сношения, основанные на взаимной зависимости всего человечества, а также и средства этих сношений; с другой стороны - развить производительные силы человека и обеспечить превращение материального производства в господство при помощи науки над силами природы. Буржуазная промышленность и торговля создают эти материальные условия нового мира подобно тому, как геологические революции создали поверхность земли. Лишь после того как великая социальная революция овладеет достижениями буржуазной эпохи, мировым рынком и современными производительными силами и подчинит их общему контролю наиболее передовых народов, - лишь тогда человеческий прогресс перестанет уподобляться тому отвратительному языческому идолу, который не желал пить нектар иначе, как из черепов убитых.

Лондон, пятница, 24 июня 1853 г.

Дебаты по предложению лорда Стэнли об отсрочке принятия законодательных мер для Индии были отложены на сегодняшний вечер. Впервые с 1783 г. индийский вопрос стоит в Англии как вопрос правительственный. Чем это объяснить?

Действительное начало деятельности Ост-Индской компании не может быть отнесено к более раннему времени, чем 1702 г., когда различные общества, претендовавшие на монопольную торговлю с Ост-Индией, объединились в одну-единственную компанию. До этого года самое существование первоначальной Ост-Индской компании несколько раз подвергалось опасности: в период протектората Кромвеля ее деятельность была прекращена на ряд лет, а в правление Вильгельма III из-за вмешательства парламента ей угрожал полный роспуск. Но именно под властью этого голландского принца, когда виги стали откупщиками доходов Британской империи, когда появился Английский банк, когда в Англии прочно утвердилась покровительственная система и окончательно установилось равновесие сил в Европе, - лишь в это время существование Ост-Индской компании было признано парламентом.

Эта эра мнимой свободы была в действительности эрой монополий, которые создавались не на основании королевских патентов, как во времена Елизаветы и Карла I, а узаконивались и объявлялись национальными с санкции парламента. Эта эпоха в истории Англии по существу очень похожа на эпоху Луи-Филиппа во Франции, когда старая земельная аристократия потерпела поражение, а буржуазия оказалась в состоянии занять ее место лишь под стягом плутократии, или «haute finance» (- крупных финансистов. Ред.). Ост - Индская компания отстранила рядовых людей от торговли с Индией в то самое время, когда палата общин отстранила их от парламентского представительства. Тут, как и в других случаях, мы имеем пример того, как первая решительная победа буржуазии над феодальной аристократией сопровождается наиболее откровенной реакцией против народа, - явление, побудившее не одного народного писателя, вроде Коббета, искать народную свободу скорее в прошлом, чем в будущем.

Из многих важных открытий, которыми Маркс вписал свое имя в историю науки, мы можем остановиться здесь только на двух.

Первым из них является совершенный им переворот во всем понимании всемирной истории. В основе всех прежних воззрений на историю лежало представление, что причину всех исторических перемен следует искать в конечном счете в изменяющихся идеях людей и что из всех исторических перемен важнейшими, определяющими всю историю, являются политические. Но откуда появляются у людей идеи и каковы движущие причины политических перемен - об этом не задумывались. Лишь в новейшей школе французских, а отчасти и английских историков возникло убеждение, что движущей силой европейской истории, по крайней мере со времени средних веков, была борьба развивающейся буржуазии против феодального дворянства за общественное и политическое господство. Маркс же доказал, что вся предшествующая история человечества есть история борьбы классов, что во всей разнообразной и сложной политической борьбе речь шла всегда именно об общественном и политическом господстве тех или иных классов общества, о сохранении господства со стороны старых классов, о достижении господства со стороны поднимающихся новых. Но вследствие чего возникают и существуют эти классы? Вследствие имеющихся всякий раз налицо материальных, чисто физически ощущаемых условий, при которых общество в каждую данную эпоху производит и обменивает необходимые средства существования. Феодальное господство в средние века опиралось на хозяйство мелких самодовлеющих крестьянских общин, которые сами производили почти все необходимые предметы своего потребления, почти не знали обмена и которым воинственное дворянство давало защиту от внешних врагов и национальную или, по крайней мере, политическую связь; когда же возникли города, а вместе с ними обособленная ремесленная промышленность и торговый оборот, сначала внутри страны, а затем и международный, тогда развилась городская буржуазия, которая еще в средние века завоевала себе в борьбе с дворянством место в феодальной системе в качестве также привилегированного сословия. Однако с открытием внеевропейских земель, с середины XV века, буржуазия приобрела гораздо более обширную область для торговой деятельности и вместе с тем новый стимул для развития своей промышленности; в важнейших отраслях ремесло было вытеснено мануфактурой, уже фабричной по своему характеру, а та, в свою очередь, - крупной промышленностью, которая стала возможна благодаря изобретениям прошлого столетия, в особенности благодаря изобретению паровой машины.

В первой половине 17-го столетия Украинские земли входили в состав Польши, Венгрии и Османской империи, и лишь часть восточно-украинских земель – Слободская Украина – входила в состав Московского царства.

Проживавшее в Речи Посполитой украинское население, подвергалось национальному и религиозному гнёту со стороны как поляков, так и евреев, которым польские паны раздавал в аренду украинские земли. Протест против гнёта выливался в периодически возникающие восстания. Помочь же восставшим в тот период могла лишь Россия.

Впервые за помощью к России обратился гетман реестровых казаков Криштоф Косинский, возглавлявший восстание против польской шляхты в 1591—1593 годах. Позже посольство гетмана Петра Сагайдачного во главе с Петром Одинцом просило принять Войско Запорожское в русское подданство. В 1622 епископ Исаия Копинский предложил русскому правительству принять в российское подданство православное население Украины. В 1624 году о том же просил митрополит Иов Борецкий.

В 1648 году началась восстание под руководством гетмана Запорожского казачьего войска полковника Зиновия Михайловича Хмельницкого, прозванного Богданом.
 

К дню памяти 
Владимира Ильича Ленина

 

Время -
               начинаю
                               про Ленина рассказ.
 Но не потому,
                   что горя
                                нету более,
 время
          потому,
                     что резкая тоска
      стала ясною
                      осознанною болью.
 Время,
              снова
 ленинские лозунги развихрь.
 Нам ли
              растекаться
                                слезной лужею, -
 Ленин
          и теперь
                     живее всех живых.
 Наше знанье -
                       сила
                                и оружие.

21 января  1924 года  -  День смерти Владимира Ильича Ленина

Страшная весть для всех мыслящих людей на Земле

...и вдруг
       стопудовая весть -
                         с Ильичем
удар.


Если бы
       выставить в музее
плачущего большевика,
весь день бы
            в музее
                   торчали ротозеи.
Еще бы -
        такое
             не увидишь и в века!
Пятиконечные звезды
                   выжигали на наших спинах
                                  панские воеводы.
Живьем,
       по голову в землю,
                      закапывали нас банды
                                 Мамонтова.
В паровозных топках
                   сжигали нас японцы,
рот заливали свинцом и оловом,
отрекитесь! - ревели, но
                        из
горящих глоток
              лишь три слова:
- Да здраствует коммунизм!-
 

Кресло за креслом,
                  ряд в ряд
эта сталь,
          железо это
ввалилось
         двадцать втрого января
в пятиэтажное здание
                    Съезда советов.
 

К дню памяти Владимира Ильича Ленина - вождя мирового пролетариата
7 октября Ленин нелегально приехал из Финляндии в Петроград. 10 октября 1917 года состоялось историческое заседание ЦК партии, на котором было решено в ближайшие дни начать вооруженное восстание. Историческая резолюция ЦК партии, написанная Лениным, говорила:

"ЦК признает, что как международное положение русской революции (восстание во флоте в Германии, как крайнее проявление нарастания во всей Европе всемирной социалистической революции, затем угроза мира империалистов с целью удушения революции в России), так и военное положение (несомненное решение русской буржуазии и Керенского с К° сдать Питер немцам), так и приобретение большинства пролетарской партией в Советах, - все это в связи с крестьянским восстанием и с поворотом народного доверия к нашей партии (выборы в Москве), наконец, явное подготовление второй корниловщины (вывод войск из Питера, подвоз к Питеру казаков, окружение Минска казаками и пр.), - все это ставит на очередь дня вооруженное восстание.