Та истина, что Земля – маленький мир, была открыта, как и много других важных истин, на древнем Ближнем Востоке. Произошло это в тот период, который некоторые люди называют третьим веком до нашей эры, в крупнейшем культурном центре того времени – египетском городе Александрии.

Здесь жил человек по имени Эратосфен.

Один из завистливых современников дал ему прозвище Бета – по названию второй буквы греческого алфавита, намекая на то, что Эратосфен во всех делах лишь второй. На самом же деле Эратосфен во многом, если не во всем, был Альфой.  Астроном, географ, философ, поэт, тонкий ценитель театрального искусства и математик, он написал книги по самым разным вопросам – от «Астрономии» до «Избавления от боли». В его ведении находилась великая Александрийская библиотека.

Там он однажды обнаружил старый папирус, из которого узнал, что на юге, в Сиене (Сиена (Syéné) – греческое название города Сун (ныне Асуан)), вблизи первого из нильских порогов, в полдень 21 июня вертикальный шест не отбрасывает тени. В день летнего солнцестояния – самый длинный день года – по мере того как время шло к полудню, тени колонн в храме становились все короче. Ровно в полдень они исчезали и отражение Солнца можно было увидеть в воде на дне самых глубоких колодцев. Солнце стояло точно над головой.

Многие другие могли бы не обратить внимания на подобное наблюдение. Шесты, тени, отражения в колодцах, положение Солнца – какую ценность имеет все это для повседневной жизни? Но Эратосфен был ученым, и его размышления над простыми вещами изменили наш мир; в каком-то смысле они создали наш мир. Эратосфен догадался поставить опыт в Александрии и проверить, отбрасывает ли вертикальный шест тень в полдень 21 июня. Оказалось, что отбрасывает. ...

Эратосфен нашел этому лишь одно возможное объяснение: поверхность Земли искривлена.

Единственными инструментами Эратосфена были шесты, а еще – глаза, ноги и голова. Плюс любовь к эксперименту. И этого оказалось достаточно, чтобы определить длину окружности Земли с погрешностью в несколько процентов. Замечательное достижение для эпохи, которую от нас отделяют почти 2200 лет! Эратосфен был первым, кто смог точно измерить размер нашей планеты.

Д.И. Менделеев (1834-1907) родился в Тобольске, в семье директора Тобольской классической гимназии Ивана Павловича Менделеева. Дмитрий был последним, 17-м ребенком в семье.

Учился Д. Менделеев в Тобольской гимназии, которая во многом определила духовный облик будущего ученого. Особый интерес из преподаваемых предметов вызывали физика, математика, история, география, законоведение. Среди учителей выделялся бывший ученик И.П. Менделеева, преподаватель словесности, поэт П.П. Ершов, автор «Конька-Горбунка».

Детство Менделеева связано с декабристами, отбывавшими ссылку в Тобольске и его окрестностях. Декабрист Н.В. Басаргин был женат на сестре Менделеева Ольге. С 1850 по 1855 гг. Д.И. Менделеев учился в Петербургском Главном педагогическом институте на физико-математическом факультете. Интенсивная работа позволила Менделееву быстро войти в число лучших студентов. Любимым учителем Менделеева был А.А. Воскресенский, «дедушка русских химиков».

 Первая крупная научная работа Менделеева была посвящена большой естественно-научной проблеме - изоморфизма. В написанном в 1856 г. труде «Удельные объемы», он показал себя приверженцем прогрессивной атомно-молекулярной теории. Тогда же Менделеев получил место преподавателя в Петербургском университете, в котором занимался научной и педагогической деятельностью 30 лет.

Конец 1850-х - начала 1860-х - время научной командировки Менделеева за границей с целью «усовершенствования в науках». В 1860 г. он участвовал в Международном химическом конгрессе в Карлсруэ, на котором впервые была принята единая система атомных весов, определены понятия молекулы, атома и эквивалента.

Период 1861-1867 гг. был для ученого временем крупных работ научного и прикладного характера. Менделеевым написан первый русский учебник по органической химии, за который он был удостоен Демидовской премии Академии наук.

В 1863 г. появились его первые работы по нефти, и вскоре Д.И. Менделеев становится ведущим в России специалистом по нефтепромышленности и химии нефти. По его инициативе в России была введена система нефтепроводов. Ученый вывел Россию из нефтяного кризиса, разразившегося вначале 1870-х гг. и, благодаря мерам, рекомендованным Менделеевым, Россия стала лидером в производстве нефтепродуктов.

В 1864 г. Д.И. Менделеев защитил докторскую диссертацию «О соединении спирта с водою», в которой содержалась основное учение химика о растворах. В связи с покупкой под Клином имения Боблово Менделеев занялся агрохимией в сельском хозяйстве. Он выработал программу опытного сельскохозяйственного исследования России и явился организатором физико-химического исследования почв.

Итак, в первом очерке мы попытались доказать, что имеющее силу предрассудка представление о том, что официальная советская философия нанесла большой ущерб развитию советской кибернетики, не имеет под собой сколько-нибудь серьезного фактического основания.
Философия и в самом деле сыграла роковую роль в судьбе советской кибернетики, но вовсе не марксистско-ленинская, как думают все без исключения "постсоветские" интеллигенты, а структуралистская и позитивистская. Точнее, это была смесь философии, филологии и математики, притом филологией занимались математики, математикой занимались филологи, а все они вместе лишь повторяли околофилософские идеи структурализма, разработанные людьми, которые сами в философии были необразованными и поэтому даже представления не имели о том, как сложны проблемы, о которых они судят с необычайной легкостью, так характерной для дилетантов, которым кажется, что если в философии отсутствуют формулы, обычно отпугивающие дилетантов от физики, химии и математики, то значит здесь можно городить все, что в голову взбредет, и это тоже будет считаться философией.
Речь идет о кружке ученых, который в начале 50-х годов сформировался вокруг известного московского математика, профессора А.А. Ляпунова. Впоследствии ему, наряду с С.А. Лебедевым и В.М. Глушковым, будет присвоена медаль IFIP «Пионер кибернетики». Разумеется, что нет никаких оснований сомневаться в заслуженности этой награды. Ляпунов сыграл важнейшую роль в развитии советской кибернетики - в первую очередь, как неформальный организатор и вдохновитель этой науки. Но эта роль далеко не всегда оказывалась положительной. Несомненной заслугой А.А.Ляпунова является то, что он сумел заинтересовать проблемами кибернетики огромное количество ученых - представителей самых разных отраслей науки. Далеко не все они были талантливыми или хотя бы добросовестными учеными, но не в этом была беда. Проблема состояла в том, что вся эта масса энтузиастов с самого начала двинулась в ложном направлении. Едва ли не главной задачей кибернетики они сочли проблему машинного перевода с одного языка на другой. Возможно, непосредственным поводом к этому послужило то, что именно этим в это время занимались американцы (в 1954 году в Нью-Йорке была продемонстрирована первая программа машинного перевода, которая, впоследствии, правда, оказалась весьма и весьма неудачной), но причина, бесспорно, лежала глубже. Такое направление развития кибернетики диктовалось позитивистским пониманием природы мышления. Читать далее...

Когда речь заходит о пресловутых "гонениях на кибернетику", которые, как будто бы имели место в СССР в середине 50-х годов, то обычно представляют дело таким образом, что в этом споре с одной стороны выступали философы, которые были тупоумными догматиками и преследовали передовую науку, потому, что она, мол, не соответствовала положениям марксизма, а с другой настоящие ученые, которые, рискуя чуть ли не жизнью, эту науку всячески развивали. Я даже не буду разбирать то, как представляли дело с кибернетикой писатели и журналисты эпохи перестройки, некоторые из которых умудрялись обвинять в преследованиях кибернетики секретаря ЦК ВКП(б) А.А. Жданова, умершего в 1948 году, то есть за несколько лет до описываемых событий и даже до появления самой науки кибернетики. Проанализируем более солидные источники.

Вот, например, как описывает ситуацию известный специалист в этой области Д.А. Поспелов.

"Если бы не активная наступательная позиция военных, поддержанная членами АН СССР, то идеологические концепции, охраняемые представителями консервативной философской элиты, задержали бы на много десятилетий развитие информатики, как это случилось с генетикой и другими неугодными придворной философии науками" Читать далее...

26 июля 1864 года при сильном северо-восточном ветре мчалась, на всех парах вдоль Северного пролива великолепная яхта. На верхушке ее бизань-мачты развевался английский флаг, а на голубом вымпеле грот-мачты виднелись расшитые золотом, увенчанные герцогской короной инициалы "Э.Г.". Яхта носила название "Дункан". Она принадлежала лорду Эдуарду Гленарвану, одному из шестнадцати шотландских пэров, заседающих в палате лордов, почетному члену известного во всем Соединенном Королевстве Темзинского яхт-клуба.
      На борту "Дункана" находились: Гленарван, его молодая жена леди Элен и двоюродный брат - майор Мак-Наббс.
      Недавно спущенная на воду, яхта заканчивала пробное плавание в нескольких милях от залива Клайда и возвращалась в Глазго.
      На горизонте вырисовывался уже остров Арран, как вдруг вахтенный матрос доложил, что за кормой "Дункана" плывет какая-то огромная рыба. Капитан Джон Манглс немедленно приказал сообщить об этом лорду Эдуарду, и тот в сопровождении майора Мак-Наббса не замедлил подняться на ют [кормовую часть судна].
      - Что это за рыба? - спросил он капитана.
      - Я полагаю, сэр, что это крупная акула, - ответил Джон Манглс.
      - Акула в здешних водах! - недоверчиво воскликнул Гленарван.
      - В этом нет ничего удивительного, - подтвердил капитан, - это рыба-молот - вид акул, встречающийся во всех морях и под всеми широтами. Если я не ошибаюсь, то мы имеем дело с одной из этих подлых тварей. Если разрешите, сэр, и если леди Гленарван доставит удовольствие присутствовать при этой интересной охоте, то мы быстро узнаем, что это за рыба.

«Пржевальский» — историко-биографический фильм режиссёра Сергея Юткевича, снятый на киностудии «Мосфильм» в 1951 году. Премьера фильма состоялась 26 февраля 1952 года.

Натурные съёмки производились в Приморском крае, в песках Средней Азии, в горах Тянь-Шаня и Памира, а также на территории Китайской Народной Республики, при содействии Государственной Пекинской киностудии.

Фильм о великом русском учёном-путешественнике, который исследовал обширные пространства русского Приморья, первым проник в неведомые области Центральной Азии и уничтожил последние «белые пятна» на её карте. О исследователе, который более десяти лет провёл в седле, прошёл путь в многие тысячи километров по Уссурийской тайге, по Монголии, Китаю и Тибету.

Петербург, 1867 год. Молодой офицер, преподаватель географии в юнкерском училище Николай Пржевальский обратился с просьбой к Петру Петровичу Семёнову-Тян-Шанскому, оказать ему помощь в организации экспедиции в глубь Центральной Азии.

После годового путешествия по Приморью, Пржевальский возглавил ряд экспедиций в Центральную Азию в результате которых им были привезены десять тысяч экземпляров растений, птиц, животных, насекомых, пресмыкающихся. Более половины пути было положено на карту. Пржевальский делает вывод, что пустыня Гоби — это не огромное песчаное вздутие, а каменистая чаша, лежащая между хребтами. Его исследование перечёркивает меридиальные хребты гумбольдтовой схемы, проясняя реальное понимание геологии всего континента.
 

«Академик из Аскании» — биографический фильм режиссёра Владимира Герасимова о жизни советского учёного-животновода Михаила Фёдоровича Иванова.

Не каждый читающий эту книгу будет ботаником, но каждый, надеюсь, извлечет из этого чтения верное понятие о том, как наука относится к своим задачам, как добывает она свои новые и прочные истины, а навык к строгому мышлению, приобретенный подобным чтением, он будет распространять и на обсуждение тех более сложных фактов, которые - хочет ли он того или нет - ему предъявит жизнь. А в этом и заключается главная задача самообразования, широкое распространение которого составляет одну из насущных современных потребностей

(К. Тимирязев. Из предисловия к седьмому изданию 1907г.)

Десять общедоступных лекций

В 1875...1876 гг. Тимирязев прочитал десять популярных лекций, посвященных анатомии и физиологии растений, в большой аудитории Московского музея прикладных знаний (ныне Политехнический музей). Начиная цикл лекций, ученый сказал: Едва ли не в первый раз еще в Москве ботанику-физиологу представляется случай излагать в общедоступной форме и пред таким многочисленным собранием основные начала учения о жизни растений

Наука и общество

Ботаника пользуется сравнительно малым сочувствием в обществе, о ней существует превратное понятие, потому что она преследует цели, вращаясь в круге идей, имеющих тесный интерес для людей посвященных.

В отрочестве, в далекой юности, я был страшно религиозен. Часами стоял и мотал рукой перед иконой, и бог, тяжелый, жестокий и несправедливый бог, давил меня всюду, давил мои помыслы, движения, поступки. Стал я почитывать Писарева, Чернышевского и других, и как будто покачнули они мою каменную веру.

   Но покачнули формально, внешне. А в глубине сидел все тот же мрачный бог и мертво давил юную душу. И не мог я изжить его, избавиться от его каменной тяжести, сминавшей молодые крылья. И это было мучительно.

   Попалась мне книга "Жизнь растений". Прочитал ее, не отрываясь, и, когда закрыл последнюю страницу, радостно почувствовал, как мрачно покачнулся и вывалился из души каменный истукан божества.

   Но ведь в книге ни слова о боге. Там гениально рассказана с изумительной ясностью внутренняя физиологическая жизнь растения.

   Но позвольте, тогда есть конструкция и моей жизни: и моя жизнь, мои помыслы, поступки, порывы зависят от взаимодействия клеточек, так же, как конструкция растения побуждает его тянуться вверх, а не вкось!

   Да ведь я сам из таких клеточек. И каменный бог рухнул.

   И вот через много, много лет я встретил в Ильинском санатории дотоле незнакомого мне автора этой чудесной книги. Это -- профессор К. А. Тимирязев.

   У него европейское научное имя. Еще Дарвин указывал на него как на выдающегося молодого русского ученого.

   Редкое и драгоценное сочетание: глубокий ученый, он в то же время удивительный популяризатор. Он сумел научные положения рассказать широкой публике удивительно простым и ясным русским языком, совершенно не подлаживаясь к читателю, а подымая его до себя.

   Тимирязев -- глубокий материалист; он верит только фактам, только наблюдениям и ненавидит все, что хоть малейше отдает мистицизмом.