Попробуем разобраться в вопросах, поставленных Любимовым, опираясь на самые банальные тезисы марксизма.

Капиталист приобретает рабочую силу как товар. Капиталист оплачивает воспроизводство рабочей силы. Оплачивает по минимуму. Дает ли это возможность понять, почему так неплохо живет американский рабочий? Картелирование и монополизация - процессы становления материализма в конце прошлого века - казалось бы, создали исключительные условия для монопольного снижения цен на рынке рабочей силы. Однако благосостояние рабочих не падает, а растет. Как это разъяснить по Марксу?

Недоумение возникает из-за того, что предполагается будто капитализм меняется во времени, а рабочая сила - нет. Но она тоже меняется, но дело не в повышении квалификации, а в том, что на смену индивидуальной рабочей силе приходит организованная рабочая сила, и все более организованная рабочая сила. Чтобы убедится в различии стоимости организованной и неорганизованной рабочей силы, достаточно вспомнить исследования Гюнтера Вальрафа о положении турок-иммигрантов в ФРГ.

Закон, открытый Марксом, остается таким же незыблемым. Только, считаясь с историческим фактом, капиталисту приходится оплачивать воспроизводство организованной рабочей силы. А организованность требует высокого уровня культуры, который, в свою очередь, невозможен без должной материальной обеспеченности. Оплата идет по минимуму, но минимум-то не стоит на месте.

Теперь посмотрим на законы самого капитализма. Еще в начале нашего века английский экономист Джон Мейнард Кейнс указывал на неизбежность кризисов при существовавшей тогда организации капиталистического общества. Судите сами. Совокупный предприниматель, то есть все капиталисты вместе взятые, производит в год некоторое количество товаров. Совокупному потребителю он выплачивает, скажем, при скромной норме прибавочной стоимости в 100 процентов, половину стоимости этих товаров. Он не может платить больше, потому что затевает производство исключительно ради прибыли, ради получения своей половины. Но потребитель-то не может выкупить вторую половину товаров, у него на нее просто нет денег.

Тупик. Из этого прямо следует, что капитализм не может существовать. Это - не шутка, это действительно научный вывод. Как же существовал капитализм все эти годы?

Читать далее...

Это уже для тех, кто все-таки желает разобраться, кто чувствует, что бардак не вечен.

Неужели же вот так, высунет голову капитализм, поднимется во весь рост и скажет: я тут надо всем хозяин? Да мы этого не допустим!

Ну, не высунет, не вылезет, не станет он вас дразнить. Он и имя себе подберет поблагозвучней: сверхразвитой бардак что ли. Или очередной этап создания материально-технической базы супер-экстра-модерного бардака.

Не надо ему собственного имени, он и псевдонимом обойдется. А надо ему всего две вещи:

• максимальное расширение экономических прав директоров предприятий и
• законодательная охрана права директора на сохранение своего директорского поста.

Больше ему, капитализму, ничегошеньки не надо. Все остальное он из этого построит.

Производство он, конечно, поднимет. Потому что от выпуска продукции будет зависеть денежный фонд директора и присваиваемая им прибавочная стоимость.

Интеллигенцию он, конечно, работать заставит. Потому что никакому директору (сиречь капиталисту) не нужна сторублевая ничего не делающая интеллигенция - ему нужна интеллигенция, увеличивающая его прибыль, его денежный фонд. Как будет существовать избыточная, ненужная ему интеллигенция? Пусть она сама об этом думает.

Грабить он, конечно, будет и рабочих, и интеллигенцию - без этого какой же он капиталист?

И можете быть уверены, что экономическая власть достанется ему со всей полнотой. Без этого просто не выбраться из кризиса, никакие полумеры тут не помогут. Пока директор не станет хозяйчиком, хозяином, полновластным господином, он так и будет проваливать и разваливать производство, действуя исключительно в рамках существующих инструкций и указаний. Потому что он тоже человек, он тоже выбирает самый выгодный путь в сложившихся обстоятельствах.

Те, кто думает, что директора можно заставить работать иным способом, пусть задумаются над тем, а кому это нужно - заставлять? Кому это выгодно? Ведь заставлять тоже должен человек.

Те, кто сомневаются, что к этому мы идем, пусть задумаются над следующими ступенями.

Превознесение принципа материальной заинтересованности и хозрасчета.

Бригадный подряд, аккордная плата, щекинский метод, трогательная забота о личных приусадебных хозяйствах - это все еще присказка, сказка будет потом. Почему вполне капитализированный бригадный подряд , столь эффективный в единичных случаях, не дает результата в масштабах всей страны? Да потому, что для этого результата он нуждается в таком же капитализированном распределении мощностей, материалов и фронта работ. Сказано-то только "А", а напрашивается и "Б".

Читать далее...

Процесс шестнадцати

В последние месяцы второй мировой войны стержневой темой антисоветской пропаганды и агитации в Англии и Соединенных Штатах сделался польский вопрос. Когда Красная армия перешла польскую границу и двинулась на запад, освобождая все новые и новые районы Польши от нацистских захватчиков, английские консерваторы и американские изоляционисты завопили о том, что Советский Союз ставит под угрозу «свободу Польши». В Соединенных Штатах пресса Херста и Паттерсона — Маккормика изо дня в день призывала к действиям, направленным против Советов во имя спасения Польши от «большевизма». На трибуну конгресса США и английского парламента то и дело поднимались ораторы, разоблачавшие «цели красного империализма в Польше» и обвинявшие Советский Союз в измене принципам Объединенных наций. Большая часть этой антисоветской пропаганды основывалась на материалах, официально публикуемых польским эмигрантским правительством в Лондоне и его представителями в Вашингтоне. Лондонское польское эмигрантское правительство состояло из представителей польской военщины, земельной аристократии Польши, группы польских фашистов и нескольких социалистов и руководителей крестьянского движения, нашедших пристанище в Лондоне после падения Польши в 1939 г.{104}

Фактически в то время существовало два польских правительства. Кроме эмигрантского правительства в Лондоне, в самой Польше сформировалось временное правительство, так называемое варшавское правительство. Варшавское правительство, созданное на основе коалиции польских антифашистских партий, отменило фашистскую конституцию Пилсудского, которой продолжали придерживаться лондонские поляки. Варшавское правительство стояло за кардинальные экономические и политические реформы внутри самой Польши, за упразднение помещичьих землевладений и за тесные дружественные отношения с Советским Союзом.

Читать далее...

1. Наследие черной сотни

После 22 июня 1941 г. главная цель тайной дипломатии держав оси заключалась в том, чтобы любой ценой воспрепятствовать присоединению США к англо-советскому союзу против нацистской Германии. Изоляция Америки была жизненно необходима для реализации генерального плана верховного командования германской и японской армий.

Америка стала центром антисоветской пропаганды и интриг оси.

Начиная с 1918 г. американский народ непрестанно кормили лживыми баснями о Советской России. Русская революция изображалась как акт «дикой, необузданной толпы», подстрекаемой «разбойниками, преступниками и дегенератами»; Красная армия — как «недисциплинированная шайка»; советская экономика характеризовалась как «немощная»; советская промышленность и сельское хозяйство якобы находились «в безнадежном состоянии анархии»; советский народ лишь ожидал войны, чтобы «восстать против своих московских властителей».

Когда нацистская Германия напала на Советскую Россию, в США раздался хор голосов, предсказывавших немедленное поражение СССР. Вот несколько типичных заявлений, сделанных американцами вскоре после вторжения немцев в пределы Советской России.

Через месяц Гитлер завладеет Россией. — Член конгресса Мартин Дайс. 24.VI.41 г.

Чтобы сласти красных от предстоящего им в самом близком времени разгрома, необходимо чудо, подобное библейским чудесам. — Флетчер Пратт. «Нью-Йорк пост». 27.VI.41 г.

Россия обречена, и Америка с Англией бессильны предотвратить ее быстрый распад под ударами нацистского блицкрига. — Орган Херста «Нью-Йорк джорнэл америкэн». 27.V.41 г.

20 ноября 1941 г. в газете «Хоустон пост» появилась редакционная статья под заголовком «Незнание России». В ней ставился вопрос, волновавший умы многих американцев. В статье говорилось:

Читать далее...

Главным обвиняемым по всем трем московским процессам был человек, находившийся за пять тысяч километров от Москвы.

В декабре 1936 г., после суда над Зиновьевым и Каменевым и ареста Пятакова, Радека и других руководителей троцкистского центра, Троцкий был вынужден покинуть Норвегию. Он пересек Атлантический океан и 13 января 1937 г. прибыл в Мексику. Здесь, прожив некоторое время в доме богатого мексиканского художника Диего Ривера. Троцкий обосновался в отдельной вилле в Койоакане, предместье города Мексике. В течение нескольких месяцев Троцкий отсиживался в Койоакане, бессильно взирая оттуда, как под ударами советского правительства разваливалось на куски хитроумно построенное здание «пятой колонны» в России.

Между тем в Нью-Йорке организовался специальный Американский комитет защиты Льва Троцкого; номинально во главе его стояли антисоветски настроенные политические деятели, журналисты и педагоги, но фактически всеми делами заправляли американские сторонники Троцкого. На первых порах существования комитет насчитывал среди своих членов несколько видных либералов. Один из них, Мориц Халигрен, соредактор и постоянный сотрудник газеты «Балтимор сан», вышел из состава комитета, как только ему стала ясна истинная задача комитета — служить рассадником антисоветской пропаганды.

Читать далее...

Добравшись до опушки леса, где большак круто поворачивал направо, Ильза Лидум остановилась и в последний раз окинула взглядом окрестность. Равнина эта, окаймленная дугой большого Змеиного болота и старым Аурским бором, темневшим на горизонте подобно гигантскому частоколу, не была ни родиной Ильзы, ни вообще чем-то близким, своим. И все же какая-то странная, теплая грусть наполнила ее сердце, когда она оглянулась на эту бесконечно знакомую картину: как бы там ни было, а шесть лет своей двадцатипятилетней жизни она провела здесь. Никакие счастливые воспоминания не связывали ее с этими местами — тяжелая работа, горькие разочарования, унижения… и тихая, робкая надежда, которую человек лелеет в глубине души, — вот и все. Но сейчас Ильза никак не могла оторваться от этого маленького мирка и вглядывалась в него с таким напряжением, будто хотела целиком вобрать в себя. Шесть лет… А вот сегодня она уйдет и никогда не вернется в эти места. И жизнь здесь потечет по-прежнему: будет шуметь на ветру Аурский бор, летними вечерами над Змеиным болотом стелиться туман, большие и малые страсти будут тревожить людей, оставшихся там, в серых домах, но никому из них не будет дела до Ильзы. Разве только сплетницы иногда вспомнят молодую батрачку да по вечерам посудачат о ней старухи.
   «Живите себе… — мысленно сказала Ильза оставшимся. — Мне от вас ничего не надо и не понадобится никогда».
   Она вздохнула, выпрямилась и, больше не оглядываясь, вошла в лес, волоча маленькие санки, на которых среди узлов сидел закутанный в пеструю попону сын Ильзы — пятилетний Артур. Он сладко дремал, прислонив голову к мешку с вещами. Ильза старалась выбрать дорогу поровнее, когда же путь преграждали ухабы и бугры, она замедляла шаг и осторожно, почти на руках, перетаскивала санки через препятствия.

Читать далее...

Лацис Вилис Тенисович [29.4(12.5).1904, с. Ринужи, ныне район Риги, — 6.2.1966, Рига], латышский советский писатель и государственный деятель, народный писатель Латвийской ССР (1947).

Член КПСС с 1928.

Родился в семье портового рабочего. В 1917—1918 учился в Барнаульской учительской семинарии Алтайского края. В буржуазной Латвии был портовым рабочим, рыбаком и кочегаром на судне.

Печатался с 1921. Ввёл в латышскую литературу самобытного, волевого героя — беспокойного искателя правды, носителя лучших качеств трудового народа: трилогия "Бескрылые птицы" (1931—33), романы "Сын рыбака" (т. 1—2, 1933—34), "Старое моряцкое гнездо" (1937), "Земля и море" (1938) и др.

После восстановления Советской власти в Латвии (1940) создал роман-эпопею "Буря" (1945—48; Государственная премия СССР, 1949) — выдающееся произведения многонациональной советской литературы, в котором с эпическим размахом изображена жизнь латышского народа начиная с 1939, его борьба за Советскую власть под руководством Коммунистической партии.

Читать далее...