Страна приступила к реализации плана ГОЭЛРО. Одной из первоочередных задач явилось восстановление и создание новых предприятий топливной промышленности. Нужно было ликвидировать жесточайший топливный кризис, охвативший страну; улучшить структуру топливного баланса и создать новые транспортные возможности по доставке топлива потребителям.

С середины 20-х и в течение 30-х годов наряду с вводом в строй разрушенных предприятий было начато сооружение ряда новых заводов тяжелой промышленности. Среди них Магнитогорский металлургический комбинат на Урале, Кузнецкий – в Сибири, Керченский и Криворожский – на Украине; тракторные заводы в Волгограде, Харькове, Челябинске, сельскохозяйственного машиностроения в Ростове; автозаводы в Москве и Нижнем Новгороде, заводы химической промышленности; Луганский паровозостроительный, шарикоподшипниковый и трансформаторный заводы в Москве; Уральский и Ново-Краматорский машиностроительный заводы и ряд других крупных энергоемких промышленных объектов.

«Через 10 (20?) лет сделаем Россию «электрической», ─ мечтал Ленин в 1920 году, когда в стране не было ни экономики, ни промышленности, ни хлеба. «Кремлевский мечтатель», впавший в «утопию электрификации», напишет английский фантаст Герберт Уэльс по возвращении домой после встречи с Лениным 6 октября 1920 года. Своему очерку о путешествии по России он даст название «Россия во мгле».

Однако мечты сбылись. За следующие 15 лет выработка электроэнергии выросла в 52 раза. А в 1947 году, после самой страшной и разрушительной войны в истории человечества, Великой Отечественной, по этому показателю Советский Союз вышел на первое место в Европе и второе в мире. Успех плана ГОЭЛРО, благодаря реализации которого удалось достичь таких впечатляющих результатов, тщетно пытались повторить в США, Англии, Франции, других странах. Но западные разработчики не учли главного: ГОЭЛРО был изначально построен для социалистического развития страны, он подразумевал свободный от эксплуатации труд. Воплотить ленинские мечты в жизнь можно было только после того, как власть в стране взяло рабочее правительство - диктатура пролетариата. Сегодня этот успех удалось повторить уже в новых условиях народу Китая, сплоченному вокруг коммунистической партии и правительства, взявших на вооружение основные принципы разработки и реализации плана ГОЭЛРО.

В 1910 году, по приглашению инженера-энергетика Р. Э. Классона, Кржижановский переехал в Москву для заведывания Московской кабельной сетью. Здесь он стал проводить работы по переоборудованию сети и принял участие в постройке и эксплуатации первой районной электрической станции на торфе. В 1912 году Кржижановский был назначен заведующим этой станцией. В то же время он не прекращал сотрудничество с большевистской организацией. После Февральской революции энергетик начал службу в Московском совете, а также заведовал отделом топлива.

После Октябрьской революции при поддержке Ленина Кржижановский наладил работу станции «Электропередача» и помог электроснабжению Москвы в тяжёлое время топливного кризиса. В 1918 году он возглавил Комитет государственных сооружений Всероссийского Совета Народного Хозяйства (ВСНХ) и, как один из ведущих энергетиков страны, — Главное управление электротехнической промышленности.

В 1920 году Кржижановский был назначен председателем Государственной комиссии по электрификации России (ГОЭЛРО), работа над планом которой, по словам самого энергетика, явилась кульминационным моментом его жизни. «План электрификации РСФСР» был издан к XIII съезду Советов.

В феврале 1921 года по поручению Ленина Кржижановским при Совете Труда и Обороны РСФСР была организована Государственная плановая комиссия (Госплан), председателем которой главный энергетик страны оставался до конца 1930 года.

В январе 1929 года Кржижановский был избран действительным членом Академии наук СССР, а в мае того же года — вице-президентом Академии. В 1930-1932 гг. он являлся председателем Главного управления энергетического хозяйства (Главэнерго) Народного комиссариата тяжелой промышленности, а с 1932 года по 1936 год — председателем Комитета по высшему техническому образованию при Центральном Исполнительном Комитете СССР и заместителем Наркома по просвещению РСФСР.

В 1930 году Кржижановский основал и стал первым директором научно-исследовательского Энергетического института (ЭНИН) Академии наук СССР. Развивая идеи плана ГОЭЛРО, ЭНИН формировался как институт, призванный решать крупные комплексные проблемы, стоявшие перед советской энергетикой. Под руководством академика в Институте были разработаны научные основы объединения энергетических систем и создания Единой электроэнергетической системы (ЕЭС) СССР. Первые советские электростанции сооружались при непосредственном участии учёного.

В Бутырской тюрьме и сибирской ссылке Кржижановский Глеб Максимилианович создал известные песни революционного подполья (автор русского текста — переработка польских революционных песен):

    «Красное знамя» («Слезами залит мир безбрежный»),   
    «Варшавянка» («Вихри враждебные веют над нами»),
     «Беснуйтесь, тираны».

Написал также ряд сонетов; во многих из них создан образ В. И. Ленина. Песни Глеба Максимилиановича Кржижановского  стали символом пролетарской революции

 

Варшавянка

Музыка: В. Вольский
Слова: В. Свендицкий,
перевод Г. Кржижановского

Вихри враждебные веют над нами,
Темные силы нас злобно гнетут.
В бой роковой мы вступили с врагами,
Нас еще судьбы безвестные ждут.

Но мы подымем гордо и смело
Знамя борьбы за рабочее дело,
Знамя великой борьбы всех народов
За лучший мир, за святую свободу.

На бой кровавый,
святой и правый
Марш, марш вперед,
рабочий народ. Читать далее...

12 (24) января 1872 года в Самаре родился Глеб Максимилианович Кржижановский, советский государственный деятель, энергетик, академик (1929), вице-президент (1929-1939) Академии наук СССР; председатель комиссии ГОЭЛРО (1920), первый председатель Госплана (1921-1930), основатель и директор Энергетического института АН СССР (1930).

В 1889 году Кржижановский, окончив в Самаре реальное училище, уехал в Петербург, где поступил в Технологический институт. В 1891 году он стал членом марксистского кружка студентов-технологов, в котором в числе прочего занимался составлением прокламаций.

Именно в это время Кржижановский впервые познакомился с русскими марксистами, в том числе и с Владимиром Ульяновым, который уже в то время проявил себя как серьезный знаток этого направления в философии. Окончив институт в 1894 году, и окончательно загоревшись новой теорией, Кржижановский вместе с Ульяновым и еще некоторыми единомышленниками в 1895 году стал одним из организаторов «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» - организацией, которая считается предшественницей Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП).

В декабре 1895 года за революционную деятельность он был арестован и через два месяца выслан в Восточную Сибирь. Находясь в заключении в Бутырской тюрьме в Москве, революционер сочинил на мотив польской «Варшавянки» песню «Вихри враждебные веют над нами…».

Зимой 1904-05 гг. Кржижановский принял участие в подготовке и организации III-го съезда РСДРП. В октябре 1905 года — являлся одним из организаторов железнодорожной забастовки и председателем забастовочного комитета Юго-Западных железных дорог. После подавления революции он переехал в Петербург. Поступив монтёром в частное «Общество электрического освещения», он вскоре стал заведующим кабельной сетью Василеостровского района.

В 1910 году, по приглашению инженера-энергетика Р. Э. Классона, Кржижановский переехал в Москву для заведывания Московской кабельной сетью. Здесь он стал проводить работы по переоборудованию сети и принял участие в постройке и эксплуатации первой районной электрической станции на торфе.

Поскольку сегодня, в день 12 апреля, президент предписал платить и каяцо, каяцо и платить соблюдать траур, а также вспоминать о кровавых преступлениях советского режима (см. последний фильм пана Вайды, коий уже неоднократно показывали по разным каналам), то я, как человек в высшей степени законопослушный и благонамеренный, решил коснутся темы преступлений кровавого советского режима в области космонавтики.
Да так, чтобы Глеза с Пионэром нервно курили в сторонке.

 Кровавый тоталитарный режим был рядом с Гагариным, даже когда он воспитывал дочек (см. книжку)

Титаны Революции

С Яковом Михайловичем я познакомился сейчас же по приезде в Россию; раньше я о нем только слышал, знал, что это неутомимый социал–демократический, большевистский борец, знал, что он беспрестанно попадал в тюрьму и ссылку и всякий раз фатально бежал оттуда; если его ловили и водворяли вновь, он бежал опять и сейчас же, куда бы ни забрасывала его судьба, начинал организовывать большевистские комитеты или ячейки. Тип подпольного работника, то, что именно является цветом большевика–подпольщика, был в то время Яков Михайлович Свердлов, и из этой подпольной своей работы вынес он два изумительных качества, которым, быть может, нигде, как в подполье, нельзя было научиться. Первое: совершенно исключительное, необъятное знание всей партии и десятки тысяч людей, которые составляли эту партию, казалось, были насквозь им изучены. Какой–то биографический словарь коммунистов носил он в своей памяти.

Титаны Революции

С товарищем Володарским я познакомился вскоре после приезда моего в Россию.

Я был выставлен кандидатом в Петербургскую городскую думу, и на выборах, если не ошибаюсь, в июне месяце был выбран гласным. На первом же собрании объединенной группы новых гласных большевиков и межрайонцев я встретил Володарского. Надо сказать, что эта объединенная группа включала в себя немало более или менее крупных фигур. Ведь к ней принадлежали и Калинин, и Иоффе, и такие товарищи из межрайонцев, как Товбина и Дербышев, входили в нее товарищи Закс, Аксельрод и многие другие. Но я не мог не отметить сразу на этом далеко не заурядном фоне фигуру Володарского.

Центральному Комитету партии, его ленинскому большинству было ясно, что после ликвидации войны и перехода на мирное хозяйственное строительство нет больше оснований сохранять жесткий режим военного коммунизма, созданный обстановкой войны и блокады.

ЦК понимал, что отпала необходимость в продразверстке, что нужно ее заменить продналогом, чтобы дать возможность крестьянам использовать большую часть излишков своего производства по своему усмотрению. ЦК понимал, что такая мера дала бы возможность оживить сельское хозяйство, расширить производство зерна и технических культур, необходимых для развития промышленности, оживить в стране товарооборот, улучшить снабжение городов, создать новую, хозяйственную основу союза рабочих и крестьян.

ЦК отдавал себе также отчет в том, что оживление промышленности является первейшей задачей, но он считал, что нельзя оживлять промышленность без вовлечения в это дело рабочего класса и его профсоюзов, что рабочих можно вовлечь в это дело, если их убедить, что хозяйственная разруха является таким же опасным врагом народа, как интервенция и блокада, что партия и профсоюзы безусловно сумеют провести это дело, если они будут действовать в отношении рабочего класса не путем военных приказов, как это бывало на фронте, где действительно необходимы приказы, а путем убеждения, методом убеждения.

Но не все члены партии думали так, как ЦК. Оппозиционные группки – троцкисты, "рабочая оппозиция”, "левые коммунисты”, "демократические нейтралисты” и т.п. – находились в состоянии разброда и переживали колебания перед трудностями перехода на рельсы мирного хозяйственного строительства. В партии имелось немало бывших меньшевиков, бывших эсеров, бывших бундовцев, бывших боротьбистов и всякого рола полунационалистов с окраин России.

Может быть, книга эта - дерзость? Воспитывая детей, нынешние родители воспитывают будущую историю нашей страны, и значит, и истоорию мира. Могу ли я на свои плечи поднять величественную тяжесть такой необьятной темы? Имею ли я право, посмею ли я разрешить или развязать хотя бы главные ее вопросы?

К счастью, такая дерзость от меня не требуется. Наша революция имеет свои великие книги, но еще больше у нее великих дел. Книги и дела революции - это уже созданная педагогика нового человека. В каждой мысли, в каждом движении, в каждом дыхании нашей жизни звучит слава нового гражданина мира. Разве можно не услышать этого звучания, разве можно не знать, как мы должны воспитывать наших детей?

Но и в нашей жизни есть будни, и в будни родятся сложные наборы мелочей. В мелочах жизни теряется иногда человек. Наши родители, бывает, в этих мелочах ищут истину, забывая, что у них под руками великая философия революции.

Помочь родителям оглянуться, задуматься, открыть глаза - скромная задача этой книги. Наша молодежь - это с ни с чем не сравнимое мировое явление, величия и значительности которого мы, пожалуй, и постигнуть не способны. Кто ее родил, кто научил, воспитал, поставил к делу революции? Откуда взялись эти десятки миллионов мастеров, инженеров, летчиков, комбайнеров, командиров, ученых? Неужели это мы, старики, создали эту молодежь? Но когда же? Почему мы этого не заметили? Не мы ли сами ругали наши школы и вузы, походя ругали, скучай, привычно; не мы ли считали наши наркомпросы достойными только ворчания? И семья как будто трещала по всем суставам, и любовь как будто не зефиром душала у нас, а больше сквозняком прохватывала. И ведь некогда было: строились, боролись, снова строились, да и сейчас строимся, с лесов не слезаем.

А смотрите : в непривычно сказочных просторах краматорских цехов, на бесконечных площадях сталинградского тракторного, в сталинских, макеевских, горловских шахтах, и в первый, и во второй, и в третий день творения, на самолетах, на танках, в подводных лодках, в лабораториях, над микроскопами, над пустынями Арктики, у всех возможных штурвалов, кранов, у входов и выходов - везде десятки миллионов новых, молодых и страшно интересных людей.

Они скромны. Они нередко мало изысканные в беседе, у них иногда топорное остроумие, они не способны понять прелесть Пастернака - это верно.

Но они хозяева жизни, они спокойны и уверены, они, не оглядываясь, без истерики и позы, без бахвальства и без нытья, в темпах, совершенно непредвиденных, - они делают наше дело. А покажи те им какое-нибудь такое видение, о которых и мы уже начинаем забывать, ну вот, например: "Машиностроительный завод Н. А. Пастухова и С -я", - и вы увидите, какое тонкое остроумие будет обнаружено ими в каждом их движении! На фоне этого исторического чуда такими дикими кажутся семейные "катастрофы", в которых гибнут отцовские чувства и счастье матерей, в которых ломаются и взрываются характеры будущих людей СССР