Но буржуазия не только выковала оружие, несущее ей смерть; она породила и людей, которые направят против нее это оружие, - современных рабочих, пролетариев.
    В той же самой степени, в какой развивается буржуазия, т. е. капитал, развивается и пролетариат, класс современных рабочих, которые только тогда и могут существовать, когда находят работу, а находят ее лишь до тех пор, пока их труд увеличивает капитал. Эти рабочие, вынужденные продавать себя поштучно, представляют собой такой же товар, как и всякий другой предмет торговли, а потому в равной мере подвержены всем случайностям конкуренции, всем колебаниям рынка.
    Вследствие возрастающего применения машин и разделения труда, труд пролетариев утратил всякий самостоятельный характер, а вместе с тем и всякую привлекательность для рабочего. Рабочий становится простым придатком машины, от него требуются только самые простые, самые однообразные, легче всего усваиваемые приемы. Издержки на рабочего сводятся поэтому почти исключительно к жизненным средствам, необходимым для его содержания и продолжения его рода. Но цена всякого товара, а следовательно и труда, равна издержкам его производства. Поэтому в той же самой мере, в какой растет непривлекательность труда, уменьшается заработная плата. Больше того: в той же мере, в какой возрастает применение машин и разделение труда, возрастает и количество труда, за счет ли увеличения числа рабочих часов, или же вследствие увеличения количества труда, требуемого в каждый данный промежуток времени, ускорения хода машин и т. д.
    Современная промышленность превратила маленькую мастерскую патриархального мастера в крупную фабрику промышленного капиталиста. Массы рабочих, скученные на фабрике, организуются по-солдатски. Как рядовые промышленной армии, они ставятся под надзор целой иерархии унтер-офицеров и офицеров. Они - рабы не только класса буржуазии, буржуазного государства, ежедневно и ежечасно порабощает их машина, надсмотрщик и прежде всего сам отдельный буржуа-фабрикант. Эта деспотия тем мелочнее, ненавистнее, она тем больше ожесточает, чем откровеннее ее целью провозглашается нажива.
    Чем менее искусства и силы требует ручной труд, т. е. чем более развивается современная промышленность, тем более мужской труд вытесняется женским и детским. По отношению к рабочему классу различия пола и возраста утрачивают всякое общественное значение. Существуют лишь рабочие инструменты, требующие различных издержек в зависимости от возраста и пола.
    Когда заканчивается эксплуатация рабочего фабрикантом и рабочий получает, наконец, наличными свою заработную плату, на него набрасываются другие части буржуазии - домовладелец, лавочник, ростовщик и т. п.

Памяти величайшего мыслителя,  коммуниста Фридриха Энгельса

Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма. Все силы старой Европы объединились для священной травли этого призрака: папа и царь, Меттерних и Гизо, французские радикалы и немецкие полицейские.

Где та оппозиционная партия, которую ее противники, стоящие у власти, не ославили бы коммунистической? Где та оппозиционная партия, которая в свою очередь не бросала бы клеймящего обвинения в коммунизме как более передовым представителям оппозиции, так и своим реакционным противникам?

Два вывода вытекают из этого факта.

Коммунизм признается уже силой всеми европейскими силами.

Пора уже коммунистам перед всем миром открыто изложить свои взгляды, свои цели, свои стремления и сказкам о призраке коммунизма противопоставить манифест самой партии.

С этой целью в Лондоне собрались коммунисты самых различных национальностей и составили следующий «Манифест», который публикуется на английском, французском, немецком, итальянском, фламандском и датском языках.
 
БУРЖУА И ПРОЛЕТАРИИ {Под буржуазией понимается класс современных капиталистов, собственников средств общественного производства, применяющих наемный труд. Под пролетариатом понимается класс современных наемных рабочих, которые, будучи лишены своих собственных средств производства, вынуждены, для того чтобы жить, продавать свою рабочую силу. (Примечание Энгельса к английскому изданию 1888г}

История всех до сих пор существовавших обществ {То есть вся история, дошедшая до нас в письменных источниках. В 1847г. предыстория общества, общественная организация, предшествовавшая всей писаной истории, почти совсем еще не была известна. За истекшее с тех пор время Гакстгаузен открыл общинную собственность на землю в России, Маурер доказал, что она была общественной основой, послужившей исходным пунктом исторического развития всех германских племен, и постепенно выяснилась, что сельская община с общим владением землей является или являлась в прошлом повсюду первобытной формой общества, от Индии до Ирландии. Внутренняя организация этого первобытного коммунистического общества, в ее типической форме, была выяснена Морганом, увенчавшим дело своим открытием истинной сущности рода и его положения в племени. С разложением этой первобытной общины начинается расслоение общества на особые и в конце концов антагонистические классы. Я попытался проследить этот процесс разложения в работе «Der Ursprung der Familie, des Privateigentums und des Staats», 2. Aufl., Stuttgart, 1886 [«Происхождение семьи, частной собственности и государства», 2-е изд., Штутгарт, 1886]. (Примечание Энгельса к английскому изданию 1888г} была историей борьбы классов. 

Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер {Цеховой мастер — это полноправный член цеха, мастер внутри цеха, а не старшина его. (Примечание Энгельса к английскому изданию 1888г } и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов.

Нижеследующее представляет собой перевод статьи, написанной мной по просьбе наших парижских друзей на французском языке для «Almanach du Parti Ouvrier pour 1892». Я считаю себя обязанным как по отношению к французским, так и по отношению к немецким социалистам опубликовать ее также на немецком языке. По отношению к французским - потому, что в Германии должны знать, насколько откровенно можно с ними обсуждать тот случай, когда немецким социалистам безусловно пришлось бы принять участие в войне, даже и против Франции, и насколько свободны эти французы от шовинизма и жажды реванша, которыми так щеголяют все буржуазные партии, от монархистов до радикалов. По отношению к немецким - потому, что они имеют право узнать непосредственно от меня, что я рассказал о них французам.

Само собой разумеется, - и об этом я еще раз заявляю прямо, - что в этой статье я говорю лишь от своего собственного имени, а вовсе не от имени германской партии. Такое право принадлежит только выборным органам этой партии, ее представителям и доверенным лицам. К тому же то положение, которое я занимаю в международном движении в итоге своей пятидесятилетней деятельности, не позволяет мне выступать в качестве представителя той или иной национальной социалистической партии в противовес другим партиям, но оно и не мешает мне помнить, что я немец, и гордиться тем положением, которое раньше всех других завоевали себе наши немецкие рабочие.

I

 Немецкий социализм возник задолго до 1848 года. Сначала в нем существовало два независимых течения. С одной стороны- чисто рабочее движение, ответвление французского пролетарского коммунизма; плодом этого движения был утопический коммунизм Вейтлинга, явившийся одним из этапов его развития. Затем - теоретическое движение, возникшее в результате распада гегелевской философии; в этом направлении с самого начала господствует имя Маркса. «Коммунистический манифест», появившийся в январе 1848 г., знаменует собой слияние обоих течений, слияние, которое было завершено и скреплено неразрывными узами в горниле революции, когда все они, и рабочие, и бывшие философы, одинаково рисковали своей жизнью во имя общего блага

В последнее время социал-демократический филистер опять начинает испытывать спасительный страх при словах: диктатура пролетариата. Хотите ли знать, милостивые государи, как эта диктатура выглядит? Посмотрите на Парижскую Коммуну. Это была диктатура пролетариата.

Предложение переиздать воззвание Генерального Совета Интернационала «Гражданская война во Франции» и снабдить его введением было для меня неожиданным. Поэтому я могу здесь лишь вкратце затронуть важнейшие пункты.

Вышеупомянутой, большей по размерам, работе я предпосылаю оба более кратких воззвания Генерального Совета о франко-прусской войне. Во-первых, потому, что в «Гражданской войне» есть ссылки на второе воззвание, которое само по себе, без первого, не везде понятно. А также и потому, что оба эти воззвания, тоже написанные Марксом, являются не менее, чем «Гражданская война», выдающимися образцами удивительного, впервые проявившегося в «Восемнадцатом брюмера Луи Бонапарта» ² дара автора верно схватывать характер, значение и необходимые последствия крупных исторических событий в то время, когда эти события ещё только разыгрываются перед нашими глазами или только что свершились. И, наконец, потому, что нам в Германии ещё и поныне приходится страдать от предсказанных Марксом последствий этих событий.

Разве не оправдалось предсказание первого воззвания, что если оборонительная война Германии против Луи Бонапарта выродится в завоевательную войну против французского народа, то все те несчастья, которые постигли Германию после так называемой освободительной войны 3, обрушатся на неё снова с ещё большей силой? Разве не пережили мы после этого целых двадцать лет бисмарковского господства, а вместо преследований демагогов ⁴ — исключительный закон и травлю социалистов с тем же полицейским произволом и буквально с тем же возмутительнейшим толкованием закона.

История мировой пролетарской революции, если считать с первой героической попытки пролетариата захватить власть во время Парижской Коммуны 1871 года, не насчитывает и ста лет, а если считать со времени Октябрьской революции, то не насчитывает и полувека. Пролетарская революция, которая призвана заменить капитализм социализмом, частную собственность общественной собственностью и в корне ликвидировать эксплуататорский строй и эксплуататорские классы, является величайшей революцией в истории человечества. Естественно, что такая грандиозная и глубокая революция проходит в условиях ещё более суровой и ожесточённой классовой борьбы и неизбежно представляет собой длительный процесс, сопровождающийся рецидивами и зигзагами.

История знает примеры, когда пролетарская власть терпела поражение в результате вооружённого подавления, предпринятого буржуазией. Так было с Парижской Коммуной. Так было и в 1919 году с Венгерской советской республикой. Да и в наше время, в 1956 году, произошёл контрреволюционный мятеж в Венгрии, в результате которого пролетарская власть чуть не была свергнута. Реставрацию капитализма в такой форме нетрудно распознать, на неё обращают большее внимание и относятся к ней с большей бдительностью.

Но существует и другая форма реставрации капитализма. Её не так легко распознать. Зачастую на неё не обращают внимания и не проявляют бдительности. Поэтому эта форма реставрации капитализма является более опасной. Она выражается в том, что государство диктатуры пролетариата в силу перерождения партийного и государственного руководства становится на путь ревизионизма, то есть на путь «мирной эволюции». Титовская ревизионистская клика давно уже дала такой урок, превратив Югославию из страны социалистической в страну капиталистическую. Однако одного урока с Югославией было недостаточно для того, чтобы на него обратили должное внимание. Иные могли сказать, что это, может быть, дело случая.

Но то же самое наблюдается теперь и на родине Великой Октябрьской революции, в Советском Союзе, где история строительства социализма насчитывает несколько десятилетий, в связи с захватом партийного и государственного руководства хрущёвской ревизионистской кликой и появлением в Советском Союзе серьёзной опасности реставрации капитализма. Это звучит набатом для всех социалистических стран, в том числе и Китая, для всех коммунистических и рабочих партий, в том числе и Коммунистической партии Китая. Такое явление не может не привлечь к себе величайшее внимание людей, не может не навести на глубокое размышление марксистов-ленинцев и революционные народы всего мира, не может не заставить их серьёзно насторожиться.

Привилегированная прослойка нынешнего советского общества состоит из перерожденцев в среде руководящих кадров партийных и государственных учреждений, предприятий и колхозов и из буржуазных интеллигентов; эта прослойка противостоит советским рабочим, крестьянам и широким массам интеллигенции и кадровых работников.

Ещё в первый период после Октябрьской революции В. И. Ленин указывал, что идеология и сила привычки буржуазии и мелкой буржуазии со всех сторон окружают и разъедают пролетариат, развращают его отдельные слои, что это обстоятельство приводит не только к появлению оторванных от масс бюрократов среди служащих советских учреждений, но и к возникновению новых буржуазных элементов. Ленин также указывал, что система высокой оплаты, установленная для буржуазных специалистов, оставшихся на службе при советской власти, хотя необходима, но оказывает развращающее влияние на советскую власть.

Вот почему Ленин особенно настаивал на неустанной борьбе с влиянием буржуазной и мелкобуржуазной идеологии, на привлечении широких масс к управлению государственными делами, на непрерывном разоблачении бюрократов и новых буржуазных элементов и очистке от них советских учреждений, а также на создании таких условий, при которых бы не могла ни существовать, ни возникать вновь буржуазия. Ленин подчёркивал: «Без систематической и упорной борьбы за улучшение аппарата мы погибнем до создания базы социализма»^460-1.

Вместе с тем Ленин делал особый упор на то, что в политике зарплаты необходимо твёрдо придерживаться принципа Парижской Коммуны, то есть выплачивать всем должностным лицам оклад, соответствующий заработной плате рабочего, и установить высокие жалования только для буржуазных специалистов. В Советском Союзе это ленинское указание в основном осуществлялось в период начиная с Октябрьской революции и кончая восстановлением народного хозяйства: ответственные работники партийных и государственных органов, а также руководящие работники и специалисты предприятий, состоявшие членами партии, получали оклад, примерно равный заработной плате рабочего.

Коммунистическая партия Советского Союза и Советское правительство проводили в то время целый ряд мероприятий в области политики, идеологии и системы распределения, направленных на то, чтобы предотвратить разложение и перерождение руководящих кадров различных органов через злоупотребление своим служебным положением.

После Октябрьской революции В. И. Ленин неоднократно указывал:

1. Свергнутые эксплуататоры всегда и всеми средствами стремятся возвратить себе отнятый „рай“.

2. Мелкобуржуазная стихия постоянно рождает новые капиталистические элементы.

3. В силу буржуазного влияния, а также из-за окружения и разлагающего воздействия мелкобуржуазной стихии, в рядах рабочего класса и среди служащих государственных учреждений могут появиться перерожденцы и новые буржуазные элементы.

4. Окружение со стороны международного капитала, угроза вооружённой интервенции со стороны империализма и происки, предпринимаемые им с целью мирного разложения, являются внешними условиями дальнейшего существования классовой борьбы в стране социализма.

Жизнь подтвердила вышеизложенные положения Ленина».

В социалистическом обществе свергнутая буржуазия и другие реакционные классы довольно долго остаются сильными, а в некоторых отношениях — довольно могущественными. Они тысячами нитями связаны с международной буржуазией. Они никак не хотят примириться со своим поражением и упорно продолжают меряться силой с пролетариатом. Они ведут скрытую и открытую борьбу с пролетариатом во всех областях. Прикрываясь зачастую ширмой поддержки социализма, Советов, коммунистической партии и марксизма-ленинизма, они ведут свою деятельность, направленную на подрыв социализма и реставрацию капитализма. В политической области они длительное время выступают в качестве силы, противостоящей пролетариату, постоянно пытаются свергнуть диктатуру пролетариата, проникают в государственные учреждения, общественные организации, хозяйственные органы и культурно-просветительные учреждения, чтобы оказывать там сопротивление руководству пролетариата и прибрать власть к своим рукам. В экономической области они всеми средствами подрывают социалистическую всенародную и коллективную собственность, развивают капиталистические силы. В идеологической и культурно-просветительной областях они, в противовес пролетарскому мировоззрению, протаскивают буржуазное мировоззрение и разлагают пролетариат и другие слои трудящихся буржуазной идеологией.

...Упоминавшаяся выше деятельность буржуазии и её тлетворное влияние в политической, экономической, идеологической и культурно-просветительной областях, наличие присущих мелкому производству города и деревни стихийных тенденций к капитализму, неполная ликвидация буржуазного права и влияния силы привычки старого общества приводят к непрерывному появлению перерожденцев в рядах рабочего класса и в партийных и государственных органах, к непрерывному появлению новых буржуазных элементов, казнокрадов и расхитителей общественного добра на государственных предприятиях, являющихся всенародной собственностью, к непрерывному появлению новых буржуазных интеллигентов в культурно-просветительных учреждениях и среди интеллигенции. Эти новые буржуазные элементы и перерожденцы вместе с элементами старой буржуазии и других эксплуататорских классов, которые уже свергнуты, но ещё не окончательно уничтожены, ведут наступление на социализм. Особенно большой вред наносят перерожденцы, захватившие руководящие органы и оказывающие поддержку и покровительство буржуазным элементам низовых органов.

Диалектический материализм есть мировоззрение марксистско-ленинской партии. Оно называется диалектическим материализмом потому, что его подход к явлениям природы, его метод изучения явлений природы, его метод познания этих явлений является диалектическим, а его истолкование явлений природы, его понимание явлений природы, его теория - материалистической.

Исторический материализм есть распространение положений диалектического материализма на изучение общественной жизни, применение положений диалектического материализма к явлениям жизни общества, к изучению общества, к изучению истории общества.

Характеризуя свой диалектический метод, Маркс и Энгельс ссылаются обычно на Гегеля как на философа, сформулировавшего основные черты диалектики. Это, однако, не означает, что диалектика Маркса и Энгельса тождественна диалектике Гегеля. На самом деле Маркс и Энгельс взяли из диалектики Гегеля лишь ее "рациональное зерно", отбросив гегелевскую идеалистическую шелуху и развив диалектику дальше с тем, чтобы придать ей современный научный вид. Читать далее...

1)  Роль самодержавия до и после русско-японской войны. Русско-японская война вскрыла всю гнилость и слабость русского самодержавия. Успешная общая политическая забастовка в октябре 1905 года довела эту слабость до полной ясности (колосс на глиняных ногах). Далее, 1905 г. вскрыл не только слабость самодержавия, хилость либеральной буржуазии и мощь русского пролетариата, но и опроверг имевшее раньше силу ходячее мнение о том, что русское самодержавие является жандармом Европы, что оно будто бы в силах быть жандармом Европы. Факты показали, что русское самодержавие не в состоянии справиться даже со своим рабочим классом без помощи европейского капитала. Пока рабочий класс России спал, а русское крестьянство не шевелилось, сохраняя веру в царя-батюшку, русское самодержавие действительно имело возможность быть жандармом Европы, по 1905 г. и прежде всего выстрелы 9-го января 1905 г. разбудили русский пролетариат, а аграрное движение того же года подорвало веру мужика в царя. Теперь центр тяжести контрреволюции европейской перемещён от русских помещиков к англо-французским банкирам-империалистам. Германские с.-д., пытавшиеся оправдать свою измену пролетариату в 1914 г. ссылкой на прогрессивность войны с русским самодержавием, как с жандармом Европы, козыряли собственно тенью прошлого, козыряли, конечно, фальшиво,—ибо настоящие жандармы Европы, располагающие достаточными силами и средствами для того, чтобы быть жандармами, сидели не в Петрограде, а в Берлине, Париже, Лондоне.

Теперь для всех стало ясно, что Европа ввозит в Россию не только социализм, но и контрреволюцию в виде займов царю и т. п., а Россия в Европу кроме политических эмигрантов — революцию. (Россия в 1905 г. ввезла в Европу во всяком случае общую забастовку, как средство борьбы пролетариата.) Читать далее...

1) Поворот в 1904 —1905 годах (русско-японская война вскрыла всю шаткость самодержавия, с одной стороны, мощь пролетарского и крестьянского движения, с другой стороны) и “Две тактики” Ленина как соответствующий повороту стратегический план марксистов. Поворот в сторону буржуазно-демократической революции (в этом суть поворота). Не буржуазно-либеральная сделка с царизмом под гегемонией кадетов, а буржуазно-демократическая революция под гегемонией пролетариата. (В этом суть стратегического плана.) Этот план исходил из того, что буржуазно-демократическая революция в России даст толчок социалистическому движению на Западе, развяжет там революцию и облегчит переход России от революции буржуазной к революции социалистической (см. также протоколы III съезда партии, речи Ленина на съезде, а также анализ понятия о диктатуре как на съезде, так и в брошюре “Победа кадетов”). Обязательный учет борющихся сил, внутренних и международных, и вообще анализ экономики и политики поворотного периода. Февральская революция завершила этот период осуществлением минимум двух третей страт. плана “Двух тактик”.

2) Поворот в феврале—марте 1917 г. в сторону революции советской (империалистическая война, разметав самодержавные порядки, вскрыла полную несостоятельность капитализма, обнаружила прямую неизбежность социалистического переворота как единственный выход из кризиса). Читать далее...